Трагедия незаслуженного наказания Как уберечь юного спортсмена от неудачных стартов в будущем

Современная практика фигурного катания показывает: для того, чтобы добиться высоких результатов в этом виде спорта, нужно вставать на лед еще в раннем детстве. Доказательством служат досье спортсменов, добившихся успеха на этом поприще: Евгений Плющенко встал на коньки в 4 года, Ирина Слуцкая – в 5 лет, Елена Соколова – в 4, Татьяна Тотьмянина – в 4, Максим Маринин – в 5, Татьяна Навка – в 5, Роман Костомаров – в 6 лет и так далее. То есть, раннее начало – гарантия будущих достижений. Но, думается, что данная зависимость: «возраст–результат» имеет ещё ряд коррелятов. И один из них личность тренера, который принял ребёнка в этом почти младенческом возрасте на свои руки.

Детская психология утверждает, что именно с возраста 5-7 лет начинается интенсивное закладывание в сознание и в подсознание ребёнка тех психологических умений, которые впоследствии гарантируют ребёнку выработку очень ценных характерологических качеств, необходимых для взрослой жизни — коммуникабельность, психологическая уравновешенность, наблюдательность, настойчивость в достижении поставленных целей. Сам же процесс приобретения этих умений, связан не столько с набором интеллектуальной информации, сколько с набором информации эмоциональной.

Ребёнок дошкольного возраста, который начинает заниматься спортом, попадает в сферу, где кипят совсем не детские страсти — на него обрушивается целый шквал новых эмоций и переживаний. Всё было бы хорошо, когда бы этот шквал чувств включал в себя только положительные переживания — радость, восторг, гордость, приятное волнение. Но, сегодня, когда спорт даже самых юных ориентирован не на воспитание личности, а на конечный спортивный результат, можно вполне обоснованно предположить, что первыми в перечне эмоциональных переживаний стоят не радость и гордость, а страх.

Особенностью дошкольного и раннего школьного возраста является готовность регистрировать, запоминать, прятать в кладовые подсознания эмоциональные переживания связанные, прежде всего со страхом.

Детских страхов на ледовых площадках множество и неокрепшая психика ребёнка начинает их усердно фиксировать. Страх не справиться с заданием тренера, страх неудачных выступлений, страх быть отвергнутым (даже сокращение внимания, он воспринимает как полное отвержение), страх не оправдать надежд родителей, и самый сильный страх перед резкостью и грубостью в общении.

Не вдаваясь в подробные характеристики всех перечисленных страхов – они понятны, о «страхе перед резкостью и грубостью в общении» сказать несколько слов просто необходимо. Почему этот страх считается самым впечатляющим? Потому, что страх перед любой несанкционированной грубостью относится к категории страхов перед неизвестностью, а это – трагедия незаслуженного наказания. Ребёнок 5-6 лет все еще руководствуется правилом, усвоенным на 2-4 году своей жизни: «если я послушен, то мама и остальные взрослые довольны». Таким образом, он хорошо адаптирован к выговорам за непослушание, и совершенно не готов к выговорам за неудачу, за оплошность. Представьте себе, ребёнок приготовился к ожидаемой им положительной реакции взрослого, его организм расслаблен. И вдруг, вместо похвалы за усердие, за старание, да просто за участие — ребёнок видит холодный, равнодушный взгляд тренера, а ещё хуже, он видит разочарованных или недовольных родителей. Но ведь он же был послушен, он старался, у него просто не получилось. По прежде усвоенным правилам, за то, что не получалось не наказывали! (Очень мало детей, у которых к возрасту 5-7 лет сформирован стандарт — «если у тебя что-то не получилось — ты сам виноват»). И тогда привычный расчёт — «если я послушен, то мама и остальные взрослые довольны», оказывается просчётом. Ребёнок в недоумении, в растерянности, он дезориентирован. Расчёт оказавшийся просчётом формирует страх, который является наиболее травмирующим, а значит впоследствии именно его можно рассматривать, как основного создателя тревожности. Той тревожности, которую часто можно наблюдать на стартах.

Как будут строиться события далее, подробно исследовано многими психологами. Так Зигмунд Фрейд, например, считал и многократно доказал на практике, что травматические события, аффективные переживания не исчезают из психики, а подвергаются вытеснению — то есть удалению из сознания в сферу бессознательного, откуда продолжают активно воздействовать на человека, проявляясь в замаскированной форме самыми разнообразными способами.

Все страхи, о которых было сказано выше, проявятся обязательно, как тревога, как паника — вплоть до сухости во рту, до дрожи мышц. Причем в любом возрасте. Для этого всего лишь нужен будет «спусковой крючок», которым может быть любой сигнал, уловленный когда-то в детстве: запах, запомнившийся цвет одежды, выражение лица близкого человека, поза и так далее. Не о чем не подозревающий тренер порой не понимает, отчего его ученик так плохо выступил на соревнованиях. Откуда эта заторможенность реакций, скованность движений, стеклянный взгляд, невыполнение даже самых простых элементов? Откуда это разрушающее оцепенение? Ведь для тревоги нет никаких объективных причин — спортсмен на тренировках успешен, результативен.

Частые случаи, казалось бы, необоснованной тревожности перед спортивными выступлениями, появляются из подсознания. Когда «спусковой крючок» сработал, когда подсознание уже заполнилось ассоциациями пережитого страха, ребёнок менее всего способен реально оценивать свой уровень подготовки. В этот момент его сознание выдвигает требование к самому себе — немедленно справиться с волнением, тревогой. Возникает заколдованный круг: сильное желание подавить в себе тревогу и страх возвращает вашего спортсмена к признанию, что страх есть. Он становится скованным, напряженным, неспособным адекватно реагировать на ситуацию.

Эта идея «справиться с тревогой» настолько подчиняет спортсмена, что он видит ее как единственную цель. Усилия подавить страх требуют дополнительных затрат энергии и внимания. Ребенок становится раздражённым, невнимательным, злым, потому что он борется, но безрезультатно!

На этом этапе противоборства юному спортсмену будет необходима грамотная помощь взрослого. Если вы видите наличие повышенной «необоснованной» тревожности у ребёнка, то начинайте действовать. Не бороться, а действовать, достаточно того, что борется ваш ребёнок.

Рекомендации

Первый совет.

Помогите ребёнку прекратить бороться с собой — остановите саморазрушение. Сделайте всё возможное, чтобы тревожность превратилась из врага в друга. Говорите так, чтобы ребёнок поверил: тревога — это вовсе и не тревога, вызванная пережитыми страхами, а это новое чувство в арсенале неизведанных, и называется оно, например, предстартовое волнение; а предстартовое волнение оно закономерно, оно должно присутствовать – это необходимое состояние, с ним надо научиться дружить. Пусть поверит, что и чувство страха тоже необходимо — оно, например, рождает осторожность. И так далее… и так далее…

Второй совет.

Ребёнок в периоды необоснованной тревожности должен обязательно находиться «здесь и сейчас». Если причин, волноваться нет, а юный спортсмен тревожен, значит, он «не в ситуации», он где-то там, где ему было страшно, не комфортно.

Обратите его внимание на то, что «здесь». Это могут быть друзья, родственники, болельщики — их одежда, лица. Затем обратите его внимание на то, что «сейчас» — это могут быть задачи, которые стоят перед его прокатом, его сегодняшние успехи по сравнению со вчерашними.

Третий совет.

После того, как Вы успешно выполнили первую и вторую позиции, верните ребёнка к «осознанному самонаблюдению». Например, пусть он говорит о своём состоянии, разбирая его по элементам, по секундам. Пусть говорит о своей тревоге, препарируя её, но не стараясь уничтожить, пусть говорит, как дрожат его коленки, что нос стал холодным, а щёки горячими. Пусть говорит!

Внимательный опытный воспитатель часто самостоятельно приходит к этим методикам, которые помогают в кризисные моменты, дают незамедлительный результат.

Однако, возвращаясь к «страху перед резкостью и грубостью в общении», хотелось бы добавить, что этот страх, как правило, трагедия хороших семей, где поведение взрослых логично и дружелюбно. В таких семьях нет спонтанных поступков, в ней всё обосновано, понятно. Когда ребёнок из такой семьи начинает расширять круг своего общения, ему одновременно надо помочь расширить и перечень поведенческих реакций со стороны взрослых. Пусть в этот перечень войдут — «внезапная неласковость», «необоснованное отвержение», «несправедливый гнев». Дайте объяснение такому поведению взрослых. Пусть и такое поведение будет детьми понято, а значит и принято. Принято, как необходимость адаптации к «взрослой» жизни.

Хотя, конечно же, куда эффективнее было бы вообще не допускать в общении с ребёнком всего того, что классифицируется, как «внезапная неласковость», «необоснованное отвержение», «несправедливый гнев».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


× 1 = 7