Главный ресурс Федерации Ирина Рабер: «Нашим объединяющим фактором является любовь к фигурному катанию»

— Ирина Яковлевна, 12 сентября этого года будет уже восемь лет, как вы возглавляете Федерацию фигурного катания города Москвы. На ваш взгляд, если говорить о любых спортивных региональных федерациях как об общественных организациях, то какие у них сильные и слабые стороны?

— Самой слабой стороной любой региональной Федерации можно назвать отсутствие стабильных финансовых ресурсов, постоянно добывать которые очень сложно. А для того чтобы создавать финансовую основу Федерации, надо обладать авторитетом и весом в обществе, знать к кому обратиться за помощью, чтобы твой вопрос рассмотрели и помогли. Затем, в силу того что общественная организация не является властной структурой, то приказать кому-то делать мы тоже не можем. Вообще, когда человек идет работать в общественную организацию, он должен обладать качествами лидера и обязательно должен быть предан этому делу, потому что никаких материальных стимулов здесь нет .

Что касается наших сильных позиций, то наш главный ресурс — человеческий. Этот ресурс — наше достояние, и мы его используем по полной. Вообще все, кто работает в общественных организациях, — энтузиасты. Такие энтузиасты — уже исчезающий вид, но у нас создалась такая группа единомышленников, что все, кто работает в президиуме, не озабочены зарабатыванием себе какого-то авторитета, а просто делают дело. Бывает, что кто-то не выдерживает и уходит, потому что убеждается, что никаких плюшек здесь нет, а одни заботы. Это требует определенных душевных сил, чтобы свое свободное время посвятить служению людям и чужим проблемам и ничего не получить взамен, кроме «спасибо», да и то не всегда. Поэтому человек, который собирается эффективно работать в общественной организации, должен обладать определенными душевными качествами, чтобы эта работа приносила другим пользу, а ему радость. И у нас такие люди есть.

Например, взять Людмилу Кубашевскую, которая вот уже 7 лет, являясь членом президиума, ведет ветеранскую работу. Я просто преклоняюсь перед ней, потому что у нее уже очень уважаемый возраст и не всегда хорошее самочувствие, но при этом она всегда ответственно делает свое дело. Или Светлана Кандыба, которая уже не один год возглавляет московскую судейскую коллегию, что само по себе является весьма хлопотным делом. Или Марина Саная, которая консультирует нас по различным вопросам и регулярно проводит судейские семинары. И таких примеров можно приводить много.

— Под крылом московской Федерации работают очень большое количество различных людей, связанных с фигурным катанием: тренеры, хореографы, судьи, спортсмены — и все они трудятся не в одном офисе, а на различных катках и у каждого есть свой трудовой коллектив, свое начальство. Насколько сложно взаимодействовать с ними, ведь в этом случае очень мало объединяющих факторов?

— Во-первых, главным объединяющим фактором является их любовь к своей профессии, к фигурному катанию, к делу, которым они занимаются. А наш спорт таков, что требует колоссальной отдачи и не терпит тех, кто не отдается ему полностью. Человек, получивший спортивную закваску и работающий со спортсменами, вырабатывает определенные черты характера, которые помогают ему в дальнейшем. Неудивительно, что многие наши замечательные спортсмены, и не только фигуристы, становятся политиками или руководителями высокого уровня, потому что спорт воспитал в них лидерские качества.

Во-вторых, за эти годы у нас сложился абсолютно рабочий коллектив в лице членов президиума Федерации, на который всегда можно было опереться. Я всегда знаю, что если кому-то поручено выполнить какую-то работу, то она будет выполнена, потому что с нами работают очень грамотные специалисты, преданные фигурному катанию. Все кто сейчас работает в составе президиума, работают с полной отдачей, каждый выполняет свою функцию, как говорится, каждый несет свой чемодан.

В-третьих, очень важным звеном всей работы является наш исполнительный орган, а именно дирекция Федерации, потому что в одиночку президент ничего эффективного сделать не сможет, каким бы семи пядей во лбу он ни был. Учитывая, что я всегда занята на основной работе, я не могу заниматься повседневными делами Федерации, и этим занимаются сотрудники дирекции, с которыми я в постоянном контакте, которые меня информируют о проблемах, о состоянии текущих дел. В каких-то случаях требуется мое присутствие и мое решение, в каких-то решение вопросов я доверяю своему аппарату. Задача менеджера — так организовать работу, чтобы она эффективно осуществлялась и без его непосредственного участия.

Сейчас подходит к концу мой второй цикл работы на посту президента московской Федерации, мы стоим на пороге очередной отчетно-выборной конференции, которая пройдет в марте 2014 года, то есть уже после Олимпиады в Сочи. И хотя до конференции осталось чуть меньше года, все равно к ней надо готовиться и искать человека, который будет обладать необходимыми качествами и сможет возглавить Федерацию фигурного катания Москвы.

— Ирина Яковлевна, судя по вашим словам, вы не пойдете в третий раз на выборы в качестве президента Федерации?

— Да, это так. Думаю, что восемь лет на посту президента — это достаточный срок и  уже пора уступить место тем, кто помоложе и у кого побольше административных или финансовых ресурсов. Что же касается самой московской Федерации, то я, безусловно, остаюсь ее членом, и думаю, смогу продолжить свою работу в рамках члена президиума Федерации, если меня туда выберут. Но это дела будущие, а пока нам предстоит всем вместе отработать очень непростой сезон, требующий от нас новых инициатив и полной отдачи.

— Насколько часто за эти годы вы встречались с инициативой, исходящей от простых членов Федерации или любителями фигурного катания?

— Это очень ценно, когда находятся люди, которые могут сами выступить с инициативой, прийти со своей идеей или задумкой, высказать желание что-то сделать. Конечно, я не могу утверждать, что их очень много, потому что все сейчас как-то заняты своими повседневными делами, решают свои проблемы, но все же такие люди, к счастью, есть. Например, Андрей Уваров, который пришел к нам со своей инициативой сделать музей, посвященный фигурному катанию, или Максим Завозин, который сказал, что может провести семинар для тренеров, посвященный скольжению, или Виктор Кудрявцев, который 8 лет назад выступил с инициативой проведения соревнований «Мемориал Сергея Волкова», или члены президиума, предложившие проводить тестирование скольжения фигуристов, или тренеры ДЮСШ «Созвездие», которые решили создать команду по синхронному катанию. А совсем недавно мы принимали в члены Федерации тех, кто взял на себя труд заниматься фигурным катанием с людьми с ограниченными возможностями, примеры можно приводить и дальше. Я помню, что и создание нашего журнала «Московский фигурист» было такой же частной инициативой Ольги и Сергея Вереземских. А уже наша задача как общественной организации все эти инициативы подхватить и поддержать, дать возможность их развить, потому что все это на благо московского фигурного катания. Не было случая, чтобы к нам кто-то обратился с какой-то разумной инициативой, а мы бы ее не поддержали. Наши двери открыты для всех, приходите, звоните, пишите — всем будем рады.

— Как сегодня осуществляется взаимодействие нашей общественной организации с государственными структурами?

— Вопросы взаимодействия общественных организаций и государственных структур всегда были и есть очень сложные. В моей жизни был достаточно большой период, когда я, будучи заместителем председателя городского благотворительного совета, занималась вопросами такого взаимодействия. Так как председателем этого совета был мэр Москвы, у которого очень много текущих проблем, то я занималась этой деятельностью очень плотно. И у нас было очень много общественных организаций, блестяще выполнявших, с моей точки зрения, целый ряд функций, в которые государство даже не вникало, а возможно, и не знало, что такие проблемы есть. Особенно когда это касалось обездоленных людей, детей-инвалидов, людей со сложными заболеваниями и прочего. И я встречала людей, беззаветно преданных своему делу, которые были просто подвижниками. Конечно, им нужно было помогать, и государство в тот период времени как могло помогало. На заседаниях этого благотворительного совета, в который входили люди самых разных профессий и конфессий, мы рассматривали заявки общественных организаций, и если видели, что им надо помочь, то делали это в разных доступных для нас формах государственной поддержки. Был такой период, когда государство пошло навстречу общественным организациям в плане льгот по налогу на прибыль, но этот закон о льготах, к сожалению, так часто использовали не по назначению, столько средств ушло в «откаты», что государство вообще закрыло этот канал. И если раньше помощь общественной организации можно было оказать через государственные субсидии, то теперь этот канал передачи бюджетного финансирования на уровень общественных организаций очень сильно усложнился с принятием различных законов.

Сегодня государство, с одной стороны, говорит о партнерстве между собой и общественными организациями, но выстраиваются эти взаимоотношения крайне сложно. И теперь это партнерство во многом зависит от того, кто возглавляет государственную структуру, насколько конкретные люди хорошо понимают эти проблемы, насколько хотят поддержать общественные формирования. К сожалению, это взаимопонимание не всегда складывается в силу личностного и человеческого фактора, в силу особенностей того или иного человека, который стоит у руля государственной структуры. Хотелось бы, чтобы эти руководители понимали, что общественные организации на самом деле оказывают помощь государству, потому что мы приходим в те ниши, которые само государство не заполняет. А может быть, и не должно их заполнять, потому что некоторые общественные организации знают проблемы изнутри и сделают эту работу лучше, чем государство. Например, я считаю, что мы в Федерации понимаем суть проблем московского фигурного катания глубже, чем государственные чиновники, потому что мы объединяем людей, кто этим видом спорта занимался раньше или занимается сейчас, либо тех, кто работает в этой области. Например, если бы функцию аттестации тренеров и других специалистов передали был Федерации, то на основе наших данных с учетом всех параметров работы тренеров, мы могли бы более оптимально работать с тренерскими кадрами, возможно могли бы более решительно расставаться со случайными работниками, которые не учат детей фигурному катанию, а только травмируют. И государство могло бы нашу инициативу подхватить, потому что она полезна для общего дела, но этого не происходит, хотя целесообразность кажется очевидной.

Поэтому на сегодняшний день наша задача — содействовать и помогать. Что мы и делаем, организуя обучающие семинары для тренеров и судей, готовя информационные материалы для нашего журнала, в котором мы стараемся размещать статьи, оказывающие помощь тренерам, родителям, спортсменам, проводя по своей инициативе дополнительные спортивные соревнования. Словом, мы можем делать и делаем ту часть работы, которую государственные органы не успевают сделать, просто неплохо было бы с их стороны немного реальной поддержки.

— Если наша Федерация не получает финансовой поддержки со стороны государственных структур, то каким же образом она продолжает свою деятельность, ведь никаких взносов наши члены Федерации не платят?

— Мы продолжаем выполнять свои задачи благодаря не только энтузиазму и инициативе наших людей, но еще и благодаря той спонсорской поддержке, которую нам продолжают оказывать различные коммерческие компании, руководители которых понимают, что мы просим у них помощи не для себя лично, а для дела.

Я очень хочу высказать свои слова благодарности тем людям, к которым мы обращались за помощью и которые нам помогли. В какой-то степени это сотрудничество стало возможным благодаря отношениям, сложившимся ещё во времена, когда я была более публичным человеком. Эти организации продолжают нас поддерживать и дают нам возможность делать то, что мы делаем. И спасибо им за это огромное! Прежде всего это Георгий Валентинович Боос и его холдинг «Боос лайтинг групп», это Роман Сергеевич Тимохин и компания MR Group, от которых мы в прошлом году получили существенную поддержку. Огромную благодарность надо высказать Юрию Семеновичу Никонову, также наша благодарность руководителю группы компаний «МонАрх» Сергею Александровичу Амбарцумяну, слова нашей признательности Сергею Вячеславовичу Бобкову и компании «Ведис Груп». Они нам помогают все эти годы, и когда они видят, что мы добиваемся каких-то результатов, то понимают, что их средства потрачены не зря. Без их поддержки я не представляю, как бы мы существовали.

— Федерация России помогает какими-то финансами?

— Нет, она нам никаких средств не перечисляет, но ежегодно проводит смотр-конкурс совместно с генеральным спонсором ФФККР «Ростелеком», и по его результатам награждают победителей. В последние годы наши московские школы и клубы занимают призовые места, и в этом году тоже наши номинанты стали первыми, а значит получат дополнительные средства на развитие фигурного катания в своих школах. И в этом смысле поддержка есть.

— Ирина Яковлевна, расскажите, чем вы занимаетесь сейчас, где работаете?

— Я работаю в крупной химической компании «Акрон», которая занимается производством минеральных удобрений. У нас замечательные трудовые коллективы, и мы ведем масштабные проекты: недавно на Кольском полуострове построили горно-обогатительный комбинат, где ведется добыча фосфора, также строим ГОК на Урале.

— Ваши коллеги по работе знают, что вы возглавляете Федерацию фигурного катания Москвы?

— Знают. Когда я шла сюда на работу, то в биографии указала, что являюсь президентом Федерации. Вообще в больших коммерческих компаниях на деле знают о социальной ответственности бизнеса. В рамках нашей компании проходят различные благотворительные акции. Например, недавно наша компания откликнулась на инициативу руководителя эстонского терминального комплекса  AS DBT Владимира Волохонского, к сожалению, совсем недавно ушедшего из жизни, по сохранению численности исчезающих видов животных, в частности амурских леопардов. На Олимпиаде в Сочи Леопард будет являться одним из трех талисманов зимних Игр, он при голосовании набрал наибольшее количество голосов. Леопарды — красивые животные из семейства кошачьих, в настоящее время являются редкими животными, а амурский леопард — самый редкий из подвидов, находящийся практически на грани вымирания: в природе их сохранилось не более 40 особей. Предприятие AS DBT является опекуном уже нескольких потомств амурских леопардов в Таллиннском зоопарке, и занимается привлечением внимания к сохранению исчезающих видов животных.

Символ Сочи-2014 будет жить в амурском зоопарке

Предприятие AS DBT с 2011 года является опекуном амурских леопардов — самки Дарлы и ее детеныша Баруто, который в октябре 2012 года переехал в свой новый дом в Италии. Весной 2012 года под опеку были взяты еще три малышки леопардов, которые при крещении получили имена Фрейа, Влада и Акра. Влада получила свое имя благодаря проведенному в компании AS DBT конкурсу, имя Фрейа выбрали Таллиннский зоопарк вместе с фанатами амурских леопардов, а имя Акра выбрал коллектив компании «Акрон», которая является ее опекуном.

Имя Акра было выбрано не случайно, помимо сходства с названием компании, оно имеет свою историю в веках. Часто города возникали на месте крепостей, построенных на холме в оборонительных целях. По-гречески вершина холма называется акрон («пик, вершина»). Так, центральный холм в Афинах, на котором вначале зародился город, называется Акрополем, то есть «высшей точкой города». На северо-западе современного Израиля есть город Акра, расположенный на мысу. Город Акра играл важную роль во времена Крестовых походов. Король Ричард Львиное Сердце осадил и захватил город; осада Акры стала его первым важным деянием на Святой земле. Позже Акра осталась последним оплотом крестоносцев; они потеряли город лишь в 1291 г., через два столетия после Первого крестового похода. Давние события нашли отклик и на карте Америки, хотя она не имеет ничего общего с Акрой. В 1825 г. между озером Эри и рекой Огайо был основан городок. Его заложили на высшей точке маршрута; в стремлении к классицизму основатели назвали городок Акроном.

Амурский леопард (один из подвидов леопардовых) распространен у нас в России в горных лесах Дальнего Востока в районе границ трех стран — России, Китая и Северной Кореи. Этот вид кошачьих находится на грани вымирания, и основными причинами изменения популяции являются процессы жизнедеятельности человека. В природе осталось всего лишь 35-40 особей, а потомство экземпляров, содержащихся в зоопарках и питомниках, вырождается. Поэтому рождение в неволе сразу трех самок амурских леопардов — явление крайне редкое, и это событие привлекло внимание не только любителей и защитников животных, но и представителей прессы со всего мира. Напоминаем, что амурский леопард внесён в Приложение I Конвенции по международной торговле вымирающими видами дикой фауны и флоры, Красную книгу России и Международную Красную Книгу.

Практически сразу после рождения трех самок леопардов Таллиннский Зоопарк рассматривал различные возможности для их передачи в другие зоопарки мира. Компания «Акрон», воспользовавшись правом опекуна, направила ходатайство в Международную организацию по распределению вида и уже в декабре 2012 года получила новости о том, что координаторами Европейской программы размножения после анализа состояния зоопарковской популяции и достаточно долгого обсуждения принято решение о возможности передачи самки Акра в Московский зоопарк и получена передать Акру из Таллиннского зоопарка в Московский зоопарк. Передача возможна не ранее лета 2013 года, о чем Таллиннский зоопарк оповестит заранее. Очень символично, что именно Акра будет жить в Москве и, возможно, она найдет самого достойного опекуна в лице компании «Акрон».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


+ 6 = 13