Бытие определяет результат! Взгляд на московские проблемы не со стороны

Лично для меня фигурное катание — это прекрасный вид спорта, который развивает в девочках и мальчиках амбициозность, волю к победе, умение держать удар, дает хореографическое образование, воспитывает музыкальный вкус, укрепляет здоровье — словом, гармонично совершенствует личность. Я смотрю на фигурное катание как педагог, который видит в этом виде спорта возможность развития личности, а взгляд на развитие спорта только как на возможность получения чемпионских титулов считаю однобоким. Задача спортивных школ — не готовить чемпионов мира и Олимпийских игр, а через увлеченность спортом растить здоровое поколение детей и подростков. С этих позиций мне и хочется сказать о сложившейся ситуации в Москве на многих катках, которые были открыты в 90-е годы прошлого века.

За 15 лет существования в Москве так называемых муниципальных ДЮСШ (в настоящее время переименованы в СШ. — Прим. ред.) они так и остались совершенно не приспособленными для занятий ни фигурным катанием, ни хоккеем, потому что строили их по самой дешевой смете: только ледовая коробка и раздевалки. Если проверить эти школы на предмет наличия в них спортивных и хореографических залов, то окажется, что таковых здесь нет. У нас и хоккеисты, и фигуристы занимаются ОФП либо на улице в хорошую погоду, либо за бортом ледовой площадки. Можно ли вообще представить, чтобы в спортивной школе не было занятий по физической подготовке? Развитие физических качеств детей и взрослых — это задача любого вида спорта. В «Программе по фигурному катанию на коньках» расписано по часам, какие занятия и в каком объеме должны проводиться со спортсменами в течение учебного времени.

Честно говоря, я просто недоумеваю, как могло получиться, что за полтора десятка лет в Москве не нашлось средств на оборудование хореографических и спортивных залов на этих катках. Не находится денег и на ставки хореографов и тренеров по ОФП, и тренеру приходится выступать одному в трех лицах. В Москве существует всего две-три школы одиночного катания (ЦСКА, «Хрустальный»), которые полностью оборудованы залами, так что неудивительно, что именно на этих катках появляются чемпионы мира и Олимпийских игр.

Да, не все дети хотят и могут стать чемпионами, но руководители должны создать такие условия, чтобы каждый талантливый ребенок имел потенциальную возможность стать спортсменом высшего класса, а остальные дети получили правильное физическое воспитание без ущерба для своей личности.

Существует единая государственная программа для спортивных школ, по которой прописан учебно-тренировочный процесс, и государственная школа должна его обеспечить. Если администрации спортивных школ не могут найти средства на оборудование спортивных залов, не могут для этого привлечь средства от аренды льда, которая есть на каждом катке, они должны на текущий момент находить внешние возможности и арендовать другие помещения под эти задачи.

В условиях постоянного дефицита льда многие технические детали могут быть отработаны фигуристами в спортивном зале на занятиях по общей и специальной физической подготовке. Яркий пример того, как можно использовать потенциал работы в зале, демонстрирует тренер ЦСКА Инна Гончаренко. Я читал в журнале «Московский фигурист» ее статью, в которой она рассказала, сколько различных упражнений делает с ребятами в зале, прежде чем выйти на лед.

И еще. Почти на всех катках Москвы хоккей и фигурное катание оказались в условиях дележа ледового времени. И хотя по Конституции России мужчины и женщины, мальчики и девочки в своих правах равны, на деле вот уже полтора десятка
лет в государственных спортивных школах время ледовых тренировок для мальчиков в хоккее выделяют самое удобное, чтобы они могли успеть посетить образовательную школу, пообедать, переодеться и прийти на каток. А для девочек в фигурном катании выделяют то время, которое никому не нужно: с раннего утра до полудня, когда дети должны быть за школьной партой. Я считаю, что это дискриминация. Фигурным катанием затыкают дыры в расписании. Фигуристы разрываются между школой и тренировками, везде слышат нарекания: то от учителей, что ради катка они пропускают уроки, то от тренеров, что пропустили занятия из-за контрольной. То есть дети живут, учатся и тренируются в постоянном стрессе, и это никого не волнует.

Я уверен, что все эти накопившиеся проблемы не решаются в течение столь долгого времени не потому, что нет возможности, а потому, что нет никакого желания сделать что-либо в этом направлении. Заходишь на каток, а на
информационной доске, кроме расписания, вообще нет никакой информации ни о школе, ни о тренерах, об учениках, о соревнованиях, о тестах, зато висят телефоны горячей линии, куда родители должны звонить, если хотят пожаловаться на работу школы. То есть логика такова: мы ничего менять к лучшему не собираемся, а если вы хотите жаловаться, то жалуйтесь.

Слоган «Запишите ребенка в спортивную секцию», конечно, звучит хорошо, но реальность такова, что если родители приведут ребенка в детскую спортивную школу, то вскоре поймут, что там нет никаких условий для занятий фигурным катанием. В 2009 году ФСО «Хоккей Москвы» было передано управление муниципальными катками. Катки за это время претерпели большое количество ремонтов различного уровня, но спортзалов так и не появилось. Условия работы спортшкол остались такими же.

Как мы учим фигурному катанию

Я думаю, что не существует прямой зависимости между умением катать тесты и возможностью стать фигуристом мирового уровня. Уверен, что Сотникова или Липницкая тесты не сдавали, что не мешает им входить в элиту мирового фигурного катания. Научиться фигурному катанию можно только в тех школах, где сохранилось правильное представление о системе спортивной подготовки, там, где тренеры еще понимают, как и чему надо учить юных спортсменов. Сейчас же половина тренеров, особенно молодых, не может научить владению коньком, да и отличить моухок от чоктау уже могут не все. Именно поэтому, честно говоря, я не верю, что введение процедуры тестирования сможет искоренить существующую халатность в обучении основам фигурного катания.

Однако я не против самих тестов, но я против того, как их принимают. Все, кто был на тестировании, знают, что это зрелище не для слабонервных, потому что дети выполняют предписанные упражнения, еле-еле ковыряясь на льду. Я просто в ужасе: либо надо их по-другому проводить, либо вообще эту затею бросить. Разве это фигурное катание? Фигурное катание — это прежде всего хореография, это красота в каждом движении. Ты встал на левую ногу — красота, встал на правую — красота, поехал перебежками — красота. А если ребенок делает скобку или крюк, а вам страшно на это смотреть, то это не фигурное катание. С красоты надо было начинать, потому что раз красиво, значит, технически правильно. Дети должны уметь кататься на хорошем ходу, с «дотянутыми» ногами и руками, с гордой осанкой. Может быть, надо все эти элементы соединить в связки и исполнять их под музыку, чтобы тест напоминал хоть как-то фигурное катание, потому что сегодня в наших тестах есть выборность, но нет собирательности.

Я понимаю, что ребенок, когда приходит в 1-й класс и учится писать буквы, сначала в прописях рисует палочки, галочки, овалы и крючки, а уже гораздо позже его почерк станет уверенным и, может быть, красивым. Но ведь ту же палочку и галочку можно нарисовать криво, а можно ровно, а у нас ставят зачет только за то, что спортсмен смог на льду сделать что-то похожее на базовый элемент. Я считаю, уже пора прописывать более жесткие требования к сдаче тестов, чтобы не вводить в заблуждение спортсменов, родителей и тренеров, что то, чем они занимаются, это фигурное катание.

Теперь, с учетом введения тестирования, тренеры должны задумываться, как им планировать учебно-тренировочный процесс, потому что логика сезона требует сначала выучить необходимые элементы не только для сдачи следующего разряда, но и для следующего теста, сдать тестирование, получить разрешение на участие в соревнованиях московского календаря и выступить на соревнованиях. То есть обращаю ваше внимание на то, что тесты должны стать частью учебно-тренировочного процесса, а не чем-то таким, что надо побыстрее и кое-как выучить, сдать и забыть. Тем более что все элементы, прописанные в тестах, являются базовыми для исполнения дорожек, связующих шагов, заходов на
прыжки и вращения в программах, а значит, умение их делать будет востребовано и при выполнении разряда.

Если бы тренеры ставили перед собой амбициозные цели, что их воспитанники должны к 12-13 годам войти в состав юниорской сборной, то и процесс обучения был бы более продуманным. Я понимаю, что, начав проводить тесты, Федерация заставила тренеров обратить внимание на проблему качества начального обучения, но коли Федерация ввела эту обязательную процедуру, значит, она должна неоднократно в сезоне проводить обучающие семинары для тренеров, чтобы помочь им освоить предписанные требования. Может быть, надо ввести для них экзамены с выдачей каких-то справок, что они являлись слушателями этих семинаров, что сдали экзамены или зачеты по тестам. В Москве достаточно грамотных специалистов, способных провести семинары по данной проблеме, а чтобы тренеры не отлынивали от таких семинаров, надо информацию о повышении их квалификации делать гласной через сайт Федерации или журнал «МФ».

Если тренеры не понимают, что им надо самим много чему научиться, то надо более решительно использовать потенциал соревнований. Вот идут соревнования, и пусть по их окончании рефери или судьи проведут разбор полетов для тренеров. Пусть скажут, какая постановка программы лучшая, какая худшая, какие спортсмены лучше всех обучены, а какие в аутсайдерах. И хорошо бы такой отчет иметь после каждых соревнований: вот укажут нерадивым тренерам на их недоделки и недочеты раз, укажут второй, так на третий раз они сами побегут учиться или начнут нормально работать.

И судьи, если они высококвалифицированные, должны не потакать халтуре, а правильно судить. А то получаешь протокол, а там за один и тот же элемент один судья поставил -1, а другой +2. Если судьи грамотные, то такой дисбаланс невозможен. Он вносит большое смятение в головы родителей, спортсменов и тренеров.

В последнее время у нас укоренилась мода приезжать на соревнования без тренеров. Я бы запретил на уровне Федерации приходить спортсменам без тренера на соревнования. В конце концов это учебный процесс, тренер должен быть со своими учениками, должен увидеть своими глазами все недостатки и достоинства своего ученика и соперников, оценить, исправить. А у нас фигуристы прибежали с родителями, свои книжки отдали, выступили, протокол получили и побежали обратно. Никто не смотрит соревнования, никто ни за кого не болеет, никакого парада участников в конце соревнований, да и награждения где-то в коридоре проводятся.

Досье

Анатолий Еремин

Родился 7 декабря 1939 года.

Кандидат в мастера спорта (одиночное катание).

Тренеры: П.П.Тихонов, Г.К.Фелицин

Образование: высшее, окончил ГЦОЛИФК в 1965 году.

Карьера: 1964-1968 гг. — продолжая выступать, работал старшим тренером школы ФК «Локомотив»; 1968-1970 гг. — начальник команды ЦСКА по ФК, 1971-1975 гг. — завуч школы ФК ЦСКА; 1975-1976 гг. — начальник ШВСМ ГЦОЛИФК; 1977-1984 гг. — завуч, директор ДЮСШ «Москвич»; 1984-1990 гг. — тренер ДЮСШ «Москвич», с 1999 г. — ст. тренер отделения ФК ДЮСШ №4. В настоящее время тренер СШ «Марьино» ФСО «Хоккей Москвы».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


5 × 6 =