Философия судьбы История выдающегося фигуриста Александра Горшкова полна драматических эпизодов

Тридцать лет назад шестикратные чемпионы мира и Европы Людмила Пахомова и Александр Горшков стали первыми в мире чемпионами Олимпийских игр в танцах на льду. Исполненный ими за два года до этого события оригинальный танец на музыку танго «Jealousy» (Ревность) вошел в число обязательных под названием «Танго Романтика».

Судьба Александра Горшкова была щедра на удачу и на суровые испытания. Он не жалеет о том, что почти вся жизнь прошла на льду, благодарен судьбе за предоставленный ему шанс, и уверен, что даром ничего не дается. 8 октября 2006 года прославленному фигуристу Александру Георгиевичу Горшкову исполняется 60 лет — мы поздравляем его с юбилеем!

Начало

Приход на каток для маленького Саши совпал с поступлением в первый класс. Буквально через месяц после начала учебы, его мама узнала, что идет набор в школу фигурного катания «Салют» на Шаболовке. Первоклассника Александра Горшкова, как и его будущего закадычного школьного друга Михаила Федорова, привели в спортивную секцию, и всю осень дети занимались в зале ОФП и хореографией. Но с первыми холодами, когда залили лед, оказалось, что всех еще будут просматривать на льду.

Коньки Саше купили только к первому занятию, поэтому, узнав, что будет новый отбор, он очень разволновался: не хотелось ударить в грязь лицом. В раздевалке услышал разговор двух чужих мам: одна сетовала, что ее дети совсем не умеют кататься, а другая успокаивала: «Тренеры будут смотреть на то, насколько ребенок упорный и трудолюбивый: упал и встал, упал и встал». Когда Саша вышел на лед, он сразу упал, но тут же встал, помня слова об упорстве и трудолюбии. Всю тренировку старался от души: падал и вставал. И в результате его отчислили.

Мама безумно расстроилась. Неизвестно, кто ей подсказал идею, но спустя две недели она вновь привела сына в ту же группу, и выпустила на лед. Конечно, Саша за это время покатался во дворе по замершим лужам. Тренер, увидев его, только спросила: «Почему ты не ходил? Болел?», чем избавила от необходимости самому объясняться, и говорить неправду.

Одиночники в начале60-хгодов прошлого века прыгали в основном двойные прыжки. Александру Горшкову они не очень удавались, и в 15 лет он принял решение перейти в парное катание. Два года в парном катании принесли больше успехов, чем в одиночном. Но отношения с партнершей как-то не ладились. После очередных разногласий Саша решил, что кататься с ней больше не будет, и сообщил о своем решении тренеру.

Мысли уйти из фигурного катания тоже посещали Александра: хотелось гулять в компании друзей, ходить в кино и на танцы, а вместо этого он шел на тренировку. Правда он понимал, столько времени и сил отдала мама, мотаясь с ним маленьким то в «Сокольники», то в «Лужники», и было бы несправедливо, вот так все бросить.
После подросткового возраста, когда хочется быть как все, наступил юношеский, когда хочется быть особенным. Саша понял, что фигурное катание как раз то, что выделить его из толпы.

Переход в метро

На танцы Александр впервые обратил внимание на чемпионате Европы, который в 1965 году состоялся в Москве. «Я был на первом курсе института, у нас в Лобне проходили лыжные сборы, и каждый день я сбегал, чтобы увидеть соревнования. Тогда уже бытовало мнение, что если ты как фигурист совсем ни на что не годишься, то отправляйся в танцы. Я тоже считал, что танцами должны заниматься пенсионеры. Но, посмотрев на чемпионате Европы катание английской пары Диана Таулер — Бернард Форд (прим. ред. — чемпионы мира и Европы в 1966-69 годах)и других, понял, что глубоко ошибался».

Примерно тогда же друг Горшкова Сергей Широков получил приглашение от Надежды Велле встать с ней в таневальную пару. Однажды Сергей сказал: «Знаешь, у нас нет тренера, может, ты посмотришь, как это все выглядит со стороны». Уверения Горшкова, что он в танцах ничего не смыслит, не действовали, и (дружба есть дружба) пришлось идти смотреть. Саша пришел с коньками, вышел на лед, попробовал повторить за ними элементы — это было даже интересно. А так как он уже принял решение не возвращаться в парное катание, то начал в одиночку учить обязательные танцы. Его уже бывший тренер Ирина Никифорова заметила, что получается у Саши неплохо, и вскоре сказала ему, что в ЦСКА из Ленинграда приехала девочка Ира Нечкина, которой ищут партнера, и он может поучаствовать в отборе.

День и время были назначены. Александр очень хорошо помнит этот момент. Чтобы с «Лермонтовской», где тогда жил Горшков, доехать до «Аэропорта», надо на «Площади Свердлова» пройти по очень длинному переходу. И в этом самом переходе Саше вдруг стало страшно: «Вот я иду в ЦСКА на смотрины. К кому? К самому Жуку. Там катаются Пахомова и Рыжкин, а тут я…». Пройдя почти до конца перехода, он повернул назад. А потом вдруг подумал: как будет всем — родителям, тренеру — объяснять, почему не доехал? Потерзался и поехал в ЦСКА. А там решили, что Александр подходит, и они с Ирой приступили к тренировкам.
Шел 1966 год. Тренировки проходили на одном льду с чемпионами страны Людмилой Пахомовой и Виктором Рыжкиным. Они много помогали новичкам: объясняя какие-то элементы, по очереди вставали с ребятами в пару, показывали движения. Вскоре Пахомова с Рыжкиным уехали на чемпионат Европы, потом переехали на чемпионат мира, а вернувшись, приняли решение расстаться, поскольку проблемы внутри пары не находили решения. К тому же Людмила вернулась с натертой ногой, началось воспаление, потребовалась операция, и она целый месяц не каталась.

В это время Александр Горшков и Ирина Нечкина тренировались в «Лужниках» на «Кристалле». Пахомова, которая сама кататься не могла, да и пары у нее не стало, приходила их тренировать, как это и было раньше. Недели через две таких тренировок она предложила Александру проводить ее до метро. А по дороге к «Спортивной» предложила ему кататься с ней вместе, чем повергла в шок. Правда, Мила сразу предупредила, что назад в ЦСКА дороги нет, тренера у них тоже нет, да и льда в достатке, скорее всего, тоже не будет. Конечно, они могут воспользоваться льдом института физкультуры, но для подготовки к серьезным соревнованиям этого будет не достаточно. «Я тебе ничего не обещаю, но ты подумай», — закончила она. Александр думал до вечера, а потом позвонил, и сказал: «Согласен».

Спорт пенсионеров

С этого вечера в жизни Александра Горшкова начался новый и очень тяжелый период. Нога у Милы зажила, и они начали кататься вместе по 8 часов в день. Так как ребята не принадлежали ни к одной спортивной организации, то, приходя утром на «Кристалл», просились ко всем подряд. Катались с утра четыре часа, потом обед, и еще четыре часа. Без тренера, каждый день. Так Мила решила устроить новому партнеру «прорыв» в технической подготовке. Александр приезжал домой совершенно «мертвый», падал от усталости, а утром вставал, не чуя ног, и шел опять на каток.

В начале совместной работы разница в классе катания была огромная. Пахомова к этому времени уже была чемпионкой страны, тогда как Горшков только начинал разучивать основные элементы танцев. На счет перспектив пары были, конечно, скептики, но им в то время было не до слухов, не до мнений — работали в поте лица. Даже когда технически они сравнялись, все равно бесконечно тянулся шлейф мнения, что Горшков слабее Пахомовой. Но Александр не придавал этому никакого значения: «Если Мила катается лучше чем я, то и, слава Богу!»

Потом Людмила сказала, что, у неё есть очень хорошая идея насчёт тренера. Это молодой и талантливый тренер, правда с танцорами она ещё не работала, но она закончила ГИТИС, и с ней стоит поговорить — вдруг согласиться. Тренером этим была Елена Чайковская, и она согласилась. Опять начались рабочие будни, теперь уже с тренером. Основной ледовой базой оставался каток «Кристалл», который, по словам Горшкова, стал ему вторым домом: «Пожалуй, я даже место жительство менял чаще, чем место катания».

Весной 1967 года, примерно через год, как Саша и Мила начали вместе кататься, когда у обоих немного разгрузилась голова от немереной работы и безумной гонки, они заметили друг друга. Проснулись чувства. Когда спустя некоторое время Александр попросил руки Людмилы, она ответила согласием, но добавила: «Только после того, как мы станем чемпионами мира, а до этого нам еще работать, и работать». Все так и произошло. В 1970 году Людмила Пахомова и Александр Горшков получили дипломы о высшем образовании, выиграли чемпионат мира и весной в «Метрополе» сыграли свадьбу.

Первый чемпионат мира по танцам на льду прошел только в 1952 году, чемпионат Европы — в 1954, но вопрос о включении этого вида фигурного катания в олимпийскую программу в конце60-хтолько обсуждался Международным Олимпийским комитетом. В 1968 году советскую пару Людмила Пахомова — Александр Горшков (к этому времени они выступали вместе всего два года) в числе 10 лучших пар мира пригласили для демонстрации этого вида на Олимпиаду в Гренобль. Презентация прошла успешно, но решение о включении танцев в программу Олимпиад пришлось ждать еще восемь лет. Только в 1975 году в Копенгагене на чемпионате Европы было официально объявлено, что на следующий год на Олимпиаде в Инсбруке танцы будут в программе Игр.

Для Людмилы и Александра это был уже пятый чемпионат Европы, впереди был пятый чемпионат мира. Вроде бы все уже достигнуто, но до полного комплекта не хватало именно олимпийской медали: стать первыми в истории своего вида — была заветная мечта.

Испытание на верность

Воодушевленные олимпийской перспективой, в отличном расположении духа Пахомова и Горшков покидали Копенгаген, строя планы на предстоящий чемпионат мира. Утром, по дороге в аэропорт, Александр почувствовал острую боль в груди слева. Подобная боль беспокоила его и раньше, но на этот раз она была просто невыносима. Вскоре к болевым ощущениям добавилась слабость. Позже, даже лучшие врачи не смогут объяснить, в чем причина болезни. Произошел разрыв плевры легкого, воздух стал проникать в межплевральную полость, и легкое перестало функционировать. Перегрузки в самолете добавили осложнение: верхняя легочная артерия лопнула, и в полость полилась кровь.

Но обо всем этом Александр узнает гораздо позже, а пока, вернувшись домой, и никому не сказав о своем самочувствии, он еще надеялся, что «все рассосется». Конечно, закрадывалась мысль, что что-то не так, но в 28 лет нет мыслей о смерти, тем более когда впереди чемпионат мира. Все фигуристы прекрасно знают, стоит пропустить один сезон, твое место займут, и надо будет еще доказать, что ты достоин позиций, которые занимал накануне. А ведь в следующем сезоне Олимпийские игры.

Три дня врачи не могли поставить диагноз, а когда поставили, сказали, что нужно срочно на операционный стол и делать переливание крови. Хотя Александр к этому времени уже потерял 2,5 литра крови, такая перспектива его не устраивала. Приехал Михаил Израилевич Перельман, лучший советский пульманолог, зашел в палату и сказал: «Значит так, молодой человек, вам надо срочно делать операцию». Горшков удивился: «Какая операция? У меня через месяц чемпионат мира в Колорадо-Спрингс». Перельман посмотрел на часы, и сказал: «Знаете что, я очень занят, у меня сегодня еще три операции, поэтому даю вам 15 минут: хотите жить — соглашайтесь, если нет — ваше дело». И ушел. Дверь за ним закрылась, тут же в палату вбежали Мила с Еленой Чайковской, глаза у обеих красные. Глядя на их состояние, Александр впервые начал понимать, что все очень-очень серьезно, и дал согласие на операцию. Через 10 минут он был уже на операционном столе, операция длилась более 5 часов, и закончилась успешно. В тот момент, по сути, ему спасли жизнь. Но тогда он это не понимал.

После операции тяжелобольной фигурист начал рваться из больницы: вместо положенных трех дней его уже через день «выкинули» из реанимации, где он устроил скандал, а в обычной палате он на вторые сутки начал делать зарядку, чем поверг всех в ужас. Александр, похоже, не совсем понимал, что он собой представляет после операции, пока в одну из бессонных ночей, дежурный врач не сказал ему: «Знаешь, после того, что с тобой произошло, лучше месяца на два в санаторий, а потом, если все будет хорошо, с авоськой за кефиром».
Едва дождавшись утром Милы, он в ужасе ей все рассказал, а она заверила: «Обещаю, что мы поедем на чемпионат мира». Свое слово она сдержала. Пошла к председателю Госкомспорта СССР Сергею Павловичу Павлову, тот к врачам, врачи — категорически «нет», но все же выписали Александра на две недели раньше срока. Через два дня он пошел на тренировку: на катке собрался весь физдиспансер смотреть, как он будет «умирать». Перед этим пациент спросил у Перельмана: «Там ничего не разойдется? Даже если будет больно?» Хирург ответил: «Нет». Поэтому на лед Александр выходил уверенно.

Пахомова и Горшков получили разрешение ехать в Колорадо-Спрингс только благодаря поддержке Перельмана, который взял всю ответственность на себя. Правда, на чемпионат мира прибыли слишком поздно, за 2 дня до начала, тогда как для акклиматизации в высокогорье (высота почти 2500 м) спортсмены приезжают за 2 недели. А ведь у Александра объем легких после операции стал вдвое меньше. Чтобы «мировая спортивная общественность» ничего не заподозрила (официально Горшков просто болел гриппом), советская делегация тщательно скрывала правду: если узнают про такую серьезную операцию, в спорте сразу спишут. На первой тренировке попробовали прокатать произвольный танец: когда дошли до середины программы, Саша понял, что до конца ему не доехать.

В федерации решили, что надо сниматься с чемпионата, тем более второй парой были Моисеева — Миненков, которые могли бороться за золото, и в итоге его завоевали. После чемпионата пара Пахомова — Горшков участвовала в показательных выступлениях, потом поехала в турне по городам США. Это окончательно восстановило Александра, он опять почувствовал себя «в обойме». Когда вернулись в СССР, поехали в турне по Сибири. И тут как раз начали ползти слухи: родителям Горшкова кто-то сообщил, что, когда фигуристы возвращались с чемпионата мира, Александр умер в самолете…

Новая жизнь

На следующий год в олимпийском Инсбруке Пахомова и Горшков станут первой в истории танцев на льду парой, выигравшей Олимпиаду. К этой победе они вместе прошли путь длинной в 10 лет. В декабре 1976 года они объявили, что закончили свою спортивную карьеру. На соревнованиях на приз газеты «Московские новости» они прощались с любительским спортом. В 1977 году в семье родилась дочь Юля. Впереди начиналась новая жизнь.

По окончанию карьеры у всех спортсменов стоит вопрос, чем заниматься дальше. Александр получил приглашение работать в спорткомитете, которое он принял. Мила всегда тяготела к тренерской, постановочной работе, и она стала тренером. Александр помогал ей, приходил на тренировки: «Но при этом, честно говоря, я понимал, что два тренера в одной семье, в одном виде — это тяжело, поэтому я стал спортивным функционером».

В спорте существует четкое разделение на любителей и профессионалов: спортсмены (не потерявшие статус любителей) и судьи — это любители, а тренеры, преподаватели — это профессионалы. Александр Горшков никого лично не тренировал, и статус любителя со временем позволил ему занять высокий пост в Международном Союзе конькобежцев. На этом пути была многолетняя безупречная работа сначала судьей международных соревнований, затем, судьей и рефери чемпионатов ИСУ. В 1984 году на конгрессе ИСУ в Колорадо-Спрингс Александр Горшков выставил свою кандидатуру в технический комитет ИСУ, и не только был избран, но его кандидатура получила наибольшее число голосов, что автоматически сделало его по сути вторым лицом после председателя техкома. Четырнадцать лет, с 1984 по 1998 год, Александр Горшков был членом техкома, а в 1998 году впервые (как представитель России) был избран председателем технического комитета ИСУ по танцам на льду. В 2002 и 2006 годах на конгрессах Союза конькобежцев его дважды переизбирали на эту должность. Александр Георгиевич считает этот срок последним: работа председателя техкома, несмотря на то, что считается общественной деятельностью, очень ответственная, и практически круглосуточная — без выходных и отпусков.

«Я не жалею о том, что вся моя жизнь прошла на льду. Конечно, что-то можно было бы избежать каких-то ошибок, но жизнь не повернуть вспять. Может быть, моя философия несколько примитивна, но я считаю, что в жизни все уравновешено. Судьба была щедра на удачу, успех, но испытаний и лишений было тоже более чем достаточно.

У каждого в жизни, наверняка, случались моменты, когда надо принимать решения. Представьте себе, что тогда в метро я бы повернул обратно, не поехал бы в ЦСКА, придумал бы, что сказать маме. И вся моя жизнь, наверно, сложилась бы иначе. Поэтому, если судьба предоставляет вам шанс, никогда от него не отказывайтесь, как бы не было страшно. Ничего даром не дается, все надо заслужить. Это я знаю точно».

Досье

Горшков Александр Георгиевич

Родился 8 октября 1946 года. Танцы на льду. Заслуженный мастер спорта СССР. Заслуженный тренер СССР. Заслуженный работник физической культуры. Председатель технического комитета по танцам на льду Международного союза конькобежцев (с 1998). Член Президиума (с 1992), вице-президент Федерации фигурного катания на коньках России (с 2006). Вице-президент Федерации фигурного катания Москвы (с 2000).

Первый в истории фигурного катания Олимпийский чемпион в танцах на льду (1976), шестикратный чемпион мира (1970-1974, 1976) и Европы (1970-1971, 1973-1976), пятикратный чемпион СССР (1969-1971,1973, 1975) — все результаты достигнуты вместе с Людмилой Пахомовой. Внесены в Книгу рекордов «Гиннесса». Избраны почётными членами «Музея мировой славы фигурного катания на коньках США».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


− 3 = 4