Игорь Русаков Он навсегда останется там, где место прекрасному

Итак… Это было давным-давно… Жил-был такой маленький 11-летний мальчик по имени Илья. И началась вся эта история в Днепропетровске. Я не знал своего нового тренера, просто мне было сказано, что в связи с отъездом моего прежнего тренера за границу, я теперь буду тренироваться у другого человека, мужчины, зовут которого Игорь Сергеевич, а фамилия у него Русаков.

Молодой. Два высших образования. «Он научит тебя кататься», — так сказали мне. Первое впечатление осталось на всю жизнь: косичка. Никогда раньше не видел тренеров с косичками. Косичка и маниакальная преданность своему делу. Плюс вера в то, что он делает нужные вещи. И пускай вокруг этого никто не понимал, но он был честен с собой и честен с нами.

Если говорил, что вот это надо выучить, чтобы было легче кататься, значит, действительно надо было. Пока не разучишь, не поймешь. Поначалу было много обид, потому что человек так устроен, особенно ребенок. Потому что делать то, что трудно — не хочется, а хочется веселиться? играть, валять дурака, словом, иметь нормальное детство и оставаться при этом фигуристом. Долго и упорно, с помощью то кнута, то пряника, меня переубеждал «шеф» в обратном. Было все: слезы, сборы домой, радость от наконец-то получившегося элемента.

Был случай. Он сказал: чтобы катать программу и не уставать, ты должен для начала выучить двойные прокруты на скакалке в количестве 200 раз за 1 минуту 40. Я улыбнулся и сказал: «Это невозможно». Он подозвал девочку из своей группы, худенькую, маленькую такую, и я понял, что у этого человека слово «невозможно» ассоциируется далеко не с работой в мире фигурного катания.

Так мы начинали свой путь. На льду меня просил все время уделять внимание вещам, которые у меня не получались, сам всегда на коньках. Даже во время болезни. Он был добрый, но в тоже время умел вовремя наказать по справедливости, не просто так, а за дело, старался никогда не кричать. Воспитывал в нас характер настоящих ребят, с которыми будет не стыдно в обществе и вне него. Мы проводили вместе почти все время: тренировки два раза в день, сборы, соревнования, и ни разу я не заметил, чтобы его тяготило, то, что он делает, то, как он чувствует.

Всегда открытый, пытающийся привнести что-то новое, интересное, красивое, запоминающееся. Такими были все его программы, и он любил их ставить. Любил творить, любил расти вместе со своими учениками. А мы росли, превращаясь из маленьких мальчиков в юношей. Нагрузки росли тоже, рос и наш уровень. Как ни пытался он беречь нас от травм — они случались. И в этот момент он вставал на нашу сторону и делал все возможное, чтобы мы смогли пережить это с наименьшими потерями, очень переживал, менял тактику подготовки, уменьшал нагрузки, в общем, варьировал тренировочный процесс. Это было так интересно и захватывающе, что мы незаметно для себя, увлекшись этим делом, научились быть не хуже других мастеров, а порой и интереснее многих.

Тренировки складывались по периодам. Он сам так придумал, что мы соревнуемся до предела, то есть до последнего крупного старта в сезоне. Потом учили то, что он считал нужным выучить на следующий год, чтобы подняться на ступеньку выше, ближе к мечте, ближе к поездкам и соревнованиям, где, как он считал, многим специалистам должно понравиться, то, что мы делаем. С февраля по май на собственных примерах или на ком-то лучшем из нас он старался научить, подсказать, облегчить нам то, что мы, вроде как уже и умели. Но всегда старался найти способ подать это на блюдечке, чтобы зрителям и судьям было вкусно, так сказать, кушать все это. Мы стали ездить, стали занимать какие-то места, кто лучше, кто хуже, но почти всегда про нас говорили: вот это — программы Русакова. Кому-то они нравились, кому-то нет, но все про нас говорили.

Сборы — это отдельная история. Всегда, пока мы росли, он пытался найти такое место, такую глухомань, где ничто не сможет отвлечь нас от работы. Сборы проходили всегда сложно, всегда с попыткой достичь невозможного, прыгнуть выше головы. С задачей понять, что ты не просто можешь, но и хочешь идти вперед. При этом всегда очень интересно, с играми, с какими-то походами. И главное, он всегда был рядом, всегда подставлял плечо и становился большим, чем тренер. Этого пока никто не понимал, нам было здорово и интересно, а для него мы становились детьми, хотя и своих у него было четверо, нас он любил не меньше. Это были лучшие годы…

Потом все пошло как-то скомкано, непросто. Болезнь. Борьба за жизнь, отсрочка на 6 лет, в течение которых ему было тяжело, но он никому этого не показывал. Опять много работы, прогресс во всем, признание и… все же смерть и невосполнимая потеря.

Он навсегда останется там, где место прекрасному, — в наших сердцах.

 Досье:

Игорь Сергеевич Русаков

13 февраля 1959 — 22 июля 2003

Одиночное катание на коньках, КМС

Тренер: Галина Горбунова

Окончил ГЦОЛИФК (1980).

Тренер ЭСДЮШОР СЮП (Москва).

Ученики: Светлана Муравьева, Татьяна Рачкова, Александр Честных, Татьяна Плющева, Юлия Лебедева, Дарья Тимошенко, Антон Клыков, Вахтанг Мурванидзе, Илья Климкин и др.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


− 4 = 4